Перекати-поле

Опубликовано .

Немецкий дизайнер Вернер Айслингер любит коноплю и овечек. Настолько, что делает из них кресла и сооружает дома

Достоверно неизвестно, какой у Айслингера любимый литературный персонаж, но можно предположить, что это Карлсон. По крайней мере, именно этим свободным обитателем крыши может почувствовать себя любой желающий благодаря изобретению дизайнера.

Все, что для этого нужно, — мобильный дом Loftcube и свободная крыша. Суперактуальное изобретение может быть установлено практически в любом месте планеты: все конструкции жилого модуля весом 9 тонн умещаются в двух стандартных контейнерах, а для сборки требуется строительный кран или вертолет. Казалось бы, в мобильных домах нет ничего нового.

Трейлеры — частое явление на трассах Европы. Но представьте такой в небе! Это и сделал дизайнер, когда задумал Loftcube. Вид из собственной студии, расположенной на последнем этаже, и вдохновил его на оккупацию свободных крыш временным жильем. «Берлин, особенно восточный, сплошь состоит из безликих жилых блоков, построенных после войны. Никто из архитекторов, за исключением разве что Гауди и Корбюзье, не использовал потенциал крыш полностью. Это шанс изменить облик города», — уверен немец. Для создания Loftcube дизайнер использовал самые передовые технологии — для каркаса прочный шумоизолирующий пластик, который не нагревается, обеспечивает свободную циркуляцию воздуха и обладает грязеотталкивающими свойствами. Внешняя часть параллелепипеда собирается из древесины и облицовывается отлитым в вакууме полистиролом. Внутри все довольно просто, но утилитарно и даже немного футуристично. 40 м2 представляют собой студию с панорамным видом и с кастомизированным интерьером, который может быть прозрачным, полупрозрачным, металлическим, деревянным или изготовленным из кориана.

Последний, конечно, наиболее отвечает духу времени. Доставка «лофткуба» по Европе занимает 10–12 дней, еще 4–7 занимает инсталляция и день-два — обустройство. Максимум 3 недели — и жилье готово. Айслингер на дух не переносит слово «недвижимость», пропагандируя противоположную ему «мобильность». Он надеется, что с помощью новых технологий люди смогут жить и путешествовать там, где считают нужным, и так, как того хочется. После такого вступления напрашивается вывод, что Вернер — отчаянный начинающий дизайнер, лишенный стереотипов и страха быть непонятым. Отнюдь. Айслингер — состоявшийся дизайнер и архитектор: ему 48 лет, он возглавляет студию имени себя и имеет профессорскую степень в университете дизайна в Карлсруэ. Среди клиентов его студии: Cappellini, Draenert, Foscarini, Magis, Moroso, Parador, Porro, Zanotta и другие гиганты дизайна. Кроме того, он награжден почти тремя десятками разных премий, его работы выставляются в солидных музеях, а некоторые даже включены в постоянные коллекции MoMA и Metropolitan.

И знаете, по какому принципу они выбраны? Исходя из материалов, в них использованных. Juli, созданный для Cappellini в 1996 году, стал первым стулом, отлитым из цельного пенного полиуретана, и первым немецким стулом, приобретенным MoMA c 1964 года. В 2001 году компанию ему составил Nic — стул из формованного полипропилена и стекловолокна. Похоже вышло и с «лофткубом»: то, что начиналось как эксперимент, превратилось в революционный проект. Прямиком из Берлина модель отправилась в европейское турне, а недавно была и вовсе замечена в Бейруте. Занятно, что модуль, предназначавшийся для крыш, теперь громоздят куда угодно: один стоит на горном плато в итальянских Доломитах, второй — в окружении столетних деревьев недалеко от Брюсселя, третий — закреплен на плаву в баварском Бамберге, четвертый выполняет роль рыбацкого убежища где-то в Канаде.

Известно, что один Loftcube был куплен калифорнийским владельцем модельного агентства и перевезен на берег океана, второй принадлежит лондонскому брокеру, который сделал из него мобильный офис, третий — актрисе, использующей его как гримерную. Французский музыкальный фонд додумался разместить пять кубов среди руин древнего замка — минимум инвестиций, максимум привлекательности. На лекциях профессора Айслингера в свое время явно не было свободных мест. Вот что он говорит о будущем: «Дизайн XXI века преодолеет вычурный минимализм, основанный лишь на форме. Произойдет возврат к передовым материалам и технологиям, которые всегда служили основой для новых эпох в дизайне. Исторически сложилось так, что самые знаковые объекты рождались на стыке материалов». Технологии развиваются со скоростью света, уже сейчас существуют трехмерное стекловолокно и текстиль, алюминиевая пена, гели и неопрен, из которых можно создать совершенно новые продукты. Эстетически будущие разработки будут утилитарными, органическими, пуристическими, модульными, поэтическими и немного кочевыми — ровно, как «лофткуб».

Все эти прогнозы уже можно смело применить к «конопляному стулу», ставшему еще одной сенсацией в биографии немца. Hemp chair — это моноблок, но, в отличие от собратьев, отлитых из производных пластика разной степени плотности, — сделан фактически из сена. Эко-стул на 70 % состоит из волокон конопли и кенафа, уплотненных аркодуром акриловой смолой на водной основе, производства немецкого химического концерна BASF. Она не содержит фенол и формальдегид, поэтому при производстве выделяются только безвредные вещества, а вода является единственным отходом промышленного цикла. Экологически чистый композит прессуется в тонкий слой и затем формуется в стулья. Такая технология производства позаимствована из автомобильной индустрии, где из подобных прессованных материалов делают дверные обшивки и бардачки. У «конопляного стула» есть только один недостаток: уж больно экологичный у него цвет — землистый. Ситуацию взялась исправить фабрика Morоso, уже запустившая объект в производство. С согласия Айслингера стул будет предлагаться в нескольких цветовых вариантах (с использованием экологичной краски, конечно же) и комплектоваться мягкой съемной сидушкой для удобства.



Айслингеру так пришелся по душе этот конопляный материал, что он решил попробовать построить из него дом. И таки построил! Все посетители выставки DMY Berlin 2011 могли, попав внутрь, представить себя на необитаемом острове. И неважно, что где-то не хватало стены, идея-то понятна. Конечно, кто-то может назвать подобную практику визионерскими шуточками, а не конструктивным предложением. Но Айслингер-то говорит о возможностях и новых точках зрения. Например, о полках из книг или о конструкторе из мрамора. Даже создавая вазы Mesh, Вернер изобретает все по-новому: выдувает их в мешок из стекловолокна, помещенный внутрь металлического цилиндра. В результате вазы получаются как-будто немного «пожеванными» и, конечно, неповторимыми. «Вырастить» стул? Легко! В рамках последнего миланского салона Вернер поделился очередной утопией ему хочется, чтобы стулья произрастали на грядках, появляясь прямо из-под земли, а не производились на фабриках.

В подтверждение он сам «вырастил» один такой стул. В шоу-руме Ventura Lambrate можно было увидеть эффектную инсталляцию: стальной каркас, только что отделившийся от изогнутых веток. Ветки переплелись в форме стула — срезай и пользуйся. Это о раздвижении рамок. Но Айслингер, как настоящий немец, прежде всего делает дело. Одним из последних его вкладов в будущее можно смело называть Yill. Это такой накопитель энергии в виде вращающегося барабана, созданный для Younicos — немецкой компании, специализирующейся на альтернативных источниках питания. Yill — это глянцевая обтекаемая рабочая станция, фотоэлементы которой накапливают энергию в литий-титановом аккумуляторе, обеспечивая тем самым рабочее напряжение мощностью до 300 Вт. Беспроводной агрегат снабдит энергией даже самый аскетичный офис в течение 3-х дней. Кстати, об аскетичности. Дизайнер XXI века — это гибкий дизайнер.

Другими словами, он должен понимать и смотреть сквозь стены. Эту гибкость и демонстрирует Айслингер при сотрудничестве с отелем Michelberger. Его хозяин Том Михелбергер доверил соотечественнику внутреннее убранство гостиного дома по Варшауэрштрассе. Впрочем, убранством результат назвать сложно, потому что ни заказчик, ни исполнитель не стремились навести лоск.

Вернер с почтением отнесся к архитектурным элементам старой фабрики, которой прошлый век оставил кирпичный фасад, просторный внутренний двор, каменные арки и высокие потолки. В остальном же дизайнер позабавился на славу: керамические ведра, пеньки, вывернутые наружу провода, лампочки без плафонов, необработанная древесина, местами обсыпавшаяся плитка — по-дизайнерски аскетично, но при этом с идеей и последовательным подходом. Сахарницы— и те покупались на блошином рынке. При чем тут овечки?— спросите вы. А при том, что уже существует материал, созданный на 60% из шерсти мериносов и на 40% из волокон конопли. Его производит британская фабрика Camira, с которой Айслингер наверняка уже договорился о поставках для своего следующего революционного проекта.

Floor #11
 
Текст: Ирина Барановская

Фото: Tom Nagy, Florian Berger, Studio Aisslinger, Hannes Meraner, Michel Bonvin, Steffen Jaenicke, Vitra, PARADOR GmbH & Co KG

НАЗАД